Название:
Тайский жасмин, который учит чувствоватьДобавлен:
Сегодня в 01:26Категории:
Инцест В попку Наблюдатели
присутствие. Москитная сетка отделяла их от сада, и сквозь неё просачивался запах жасмина, смешанный с солью моря — той особенной соли, которая здесь, в Паттайе, пахла иначе, чем в любом другом месте. Цикады стрекотали с невыносимой интенсивностью, заполняя паузы, которые он не умел заполнять сам. Он чувствовал, как пот выступает на ладонях, как футболка прилипает к спине между лопатками, как его собственное дыхание становится слишком заметным в тишине, которую она удерживала с непостижимым мастерством.
— Твой отец писал мне, — сказала Катерина, наконец поднимая взгляд. Её глаза были темными в сумерках, почти черными, с оттенком, который он не мог определить — зеленоватым или карим, — и она смотрела прямо на него, без той снисходительности, которую он привык видеть во взглядах взрослых. — Что девчонки в команде считают тебя слишком женственным и...
— «Слишком мягким», — закончил он за неё, и его пальцы сжали край футболки так, что костяшки побелели, вены на тыльной стороне рук вздулись, пульсируя в такт учащенному сердцебиению. — «Слишком женственныv». Я знаю, что он написал. — Он услышал обвинение в своём голосе, обращенное к ней, к матери, ко всему миру, который не знал, что делать с мальчиком, который плакал после проигрышных заплывов, который следил за мимикой тренера, который чувствовал слишком много и выражал слишком явно.
Было странно, что отец вообще ей писал. После развода они почти не разговаривали — только через адвокатов и через сухие поздравительные сообщения на дни рождения. Отец так и не простил ей ни Стива, ни Таиланда, ни того, как быстро — «непристойно быстро», говорил он однажды за ужином, забыв, что Алекс сидит в соседней комнате, — она собрала вещи и улетела, оставив пятнадцатилетнего сына доигрывать чужой брак до конца школы. И всё-таки писал. Значит, о сыне — писал.
Она не улыбнулась снисходительно, не подняла бровь. Просто смотрела, и в её взгляде было что-то, что заставляло его чувствовать себя одновременно раздетым и... замеченным. По-настоящему. Как будто она видела не восемнадцатилетнего мальчика с комплексами, а нечто другое — возможность, потенциал, тело и разум, которые ещё только предстояло раскрыть.
— Твой отец был таким же, — сказала она спокойно, и её голос опустился в нижний регистр, стал грудным, интимным. — Помню, как он приехал к нам в институт. Всё время поправлял воротник, краснел, когда девушки смеялись. А потом через год — оказывается, он спал с половиной нашего курса и сбежал в Америку со мной.
«И вот теперь я сбежала от него», — подумал Алекс, но вслух этого, конечно, не сказал. Он вдруг очень отчётливо представил, как она — двадцатилетняя, в советском ещё пальто — сидит в самолёте рядом с его отцом, и как через двадцать с лишним лет садится в другой самолёт, уже одна, чтобы прилететь к Стиву. Как будто вся её жизнь состояла из перелётов, каждый из которых менял её сильнее предыдущего.
Алекс открыл рот, но она продолжила, её голос был низким, почти шёпотом, который проникал сквозь стрекот цикад.
— Мягкость — это не дефект, Алекс. Это то, что ты ещё не научился носить. Это то, что девчонки в твоей команде чувствуют и боятся, потому что оно мощнее их собственной уверенности. — Она отпила чай, и её губы оставили полумокрый отпечаток на краю бокала — бледный, почти невидимый, но он заметил, и снова отвёл глаза. — Завтра вечером я покажу тебе кое-что. Особенный тайский опыт. Не спрашивай что. Просто доверься.
Он хотел спросить, что она имеет в виду, но цикады внезапно замолчали — все
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Ночь На Тандере