Название:
Кровь и семя гладиаторов (Полная версия)Добавлен:
Сегодня в 02:23Категории:
18 лет В первый раз В попку Минет Наблюдатели Групповой секс
Они звучат как обещание, как якорь, который удерживает меня в этом новом мире, который Ливия только что открыла мне.
— Да, — говорит она, и в её голосе слышится тёплая уверенность. — Раз в неделю. А пока — отдыхай. Думай о том, что ты чувствовала. Запоминай. И знай: ты теперь не одна.
Я киваю, чувствуя, как слёзы подступают к глазам — не от грусти, а от какого-то странного облегчения, от осознания того, что я больше не одна. Я сажусь в паланкин, занавески опускаются, и я остаюсь одна со своим дыханием, со своим сердцем, со своим телом, которое всё ещё помнит их прикосновения.
Я закрываю глаза, и я знаю, что эта ночь изменила меня навсегда...
Глава 3. Песочные часыЦелая неделя. Семь дней, как занавески паланкина сомкнулись за моей спиной. Я думала, что схожу с ума — каждая минута тянулась, как резина, которую медленно растягивают, не давая ей лопнуть. Я просыпалась по ночам, чувствуя на своей коже чужие прикосновения, слыша их дыхание, их стоны, их шёпот. Я проводила пальцами по своим бёдрам, по своей груди, пытаясь воспроизвести то, что чувствовала тогда, но это было не то. Это было только воспоминание, бледная тень того огня, который горел во мне в ту ночь.
Но был у меня верный друг. Мой деревянный дружок.
Каждый вечер, когда служанки уходили и дом затихал, рука сама тянулась к тайнику под подушкой. Пальцы находили знакомый предмет — гладкий, тёплый от прикосновений, с полированной поверхностью, которая уже не казалась холодной и чужой, как в первую ночь. Теперь я знала, что такое живое тело — его жар, его дрожь, его пульсацию, — но этот деревянный предмет стал не заменителем, а памятью. Глаза закрывались, губы касались его, язык проводил по гладкой поверхности, и передо мной вставали лица: галл с рыжей гривой, Филипп с мягкими глазами, Эвтих с голубым взглядом. Их прикосновения, их вкус, их стоны — внутри разгорался огонь, который нельзя было погасить, который горел тем ярче, чем больше я вспоминала.
Ложе, раздвинутые ноги, медленное введение — я закрывала глаза, и воображение рисовало не дерево, а живой член, пульсирующий внутри, двигающийся в такт моему дыханию. Галл снизу, Филипп сзади — их ритм, их дыхание, их стоны — всё это оживало в моей памяти, и я сжимала бёдра, пытаясь воспроизвести то чувство наполненности, которое испытала тогда. Волна поднималась, тело начинало дрожать, контроль терялся, и я позволяла себе утонуть в этом ощущении, представляя живое, горячее тело, которое принадлежит мне, которое я могу взять, когда захочу, которое ждёт моего прикосновения.
Оргазм накрывал — волна за волной, — мышцы пульсировали вокруг деревянного фаллоса, и я лежала в темноте, тяжело дыша, чувствуя, как пустота снова заполняет меня, как тело требует продолжения, как желание не утихает, а только растёт. Рука вынимала его, взгляд скользил по гладкой поверхности, блестящей от влажности в лунном свете, и улыбка появлялась сама собой — как старому другу, как верному спутнику, который был со мной в эти длинные ночи, когда я ждала, когда я вспоминала, когда я мечтала. Мой деревянный дружок. Он не говорил, не дышал, не смотрел, но он был моим тайным союзником, моим утешением, моим напоминанием о том, что я уже не та, что была раньше.
Сундук с резной крышкой — старый амулет, свитки с любовными стихами, переписанные тайком от наставницы, и мой деревянный друг. Крышка закрывалась, и он оставался там, в темноте, рядом с другими тайнами, которые я хранила от всех, даже от самой себя. Ладонь прижималась к животу, к
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Половое просвещение - 2 (новый уровень)