Название: Митя и Андрей в баре
Добавлен: 25.09.2026 в 02:40
Категории:  В попку Гомосексуалы Жено-мужчины Минет 

---

в фартуке на голое тело и клетку и кончать без рук - только от члена в заднице и его голоса. Стыд никуда не ушёл полностью: он стал горячим, возбуждающим, частью ласки. Когда Митя называл меня сучкой, пошлой дыркой, хорошей девочкой, которая больше не принадлежит бывшей, - я краснел и тёк из клетки. Депрессия не исчезла магически; она отступала, когда он заполнял меня, когда металл на паху напоминал, что сегодня меня не бросили в номере у вокзала, когда ночью сильная рука лежала на моём животе и дышала мне в шею живым теплом.

— Ты моя, - говорил он иногда после секса, просто и без лирики. - Моя Девочка. С ключом от твоей клеточки у меня на связке. Понял?

— Понял, - отвечал я, целуя его грудь, и добавлял тише: - Твоя девочка. Твоя... пошлая сучка. Только не отпускай обратно в ту барную стойку одного.

Он не отпускал.

Роспись назначили на ясный день, когда от старого Андрея снаружи почти ничего не читалось.

Платье - молочное, по фигуре, с вырезом, который показывал работу хирурга. Чулки. Под платьем - плоская клетка, протёртая до блеска, и пробка, "чтобы на церемонии держала осанку". Давно отросшие, уложенные волосы. Макияж - дорогой, сдержанный. Митя в зале стоял в тёмном костюме, сорок пять лет плотной мужской красоты, ключ от моего пояса на той же цепочке под рубашкой, где его не было видно гостям, но я знал - каждой клеточкой кожи.

Когда нам сказали целовать, он притянул меня за талию и поцеловал не для камеры - для меня: глубоко, собственнически, с намёком на то, что вечером будет вместо торта. Я плакала под фатой-сеткой, и в этих слезах не было "спасите". Было "наконец".

Ночь после росписи он не дал мне спокойствия. В номере отеля - большом, с видом, с шампанским, которого я почти не пил, - Митя поставил меня на колени ещё в фате, открыл ширинку и трахнул рот, держа за причёску.

— Жена. Официальная. С документами. С сиськами. С пустой плоской киской под белым платьем. Соси. Это твой медовый.

Я сосала, смотрела вверх сквозь ресницы и текла в клетку так, что прокладка не справлялась. Потом он уложил меня на край кровати, задрал полы платья, не снимая его до конца - специально, чтобы кромка шёлка касалась голой кожи, - вынул пробку и вошёл одним длинным движением. Трахал жёстко и торжественно, как ставит печать. Называл по имени - по новому. Своей Сучкой. Женой. Девочкой, которую он вытащил из бара и не отдал смерти.

— Скажи, кто тебя принудил, - потребовал, не сбавляя темпа.

— Ты... ты, Митя... - скулила я.

— Скажи, почему не убежала.

— Потому что... ах... потому что мне... нравится... когда ты... заставляешь...

— Ещё.

— Нравится быть... твоей... нравится клетка... груди... гормоны... что члена... нет в жизни... только в архиве... нравится... что я жена... блядь... кончаю...

Я кончила под ним с криком, в белом платье, с кольцом на пальце, с его членом в заднице и с ключом, холодно стукнувшим мне о ключицу, когда он навалился. Он кончил следом - глубоко, долго, держа за бёдра так, будто боялся, что закон исчезнет, если ослабить пальцы.

После лежали и он гладил пальцем край соска, крутил моё обручальное, касался клетки сквозь промокший шёлк.

— Полная феминизация, - сказал тихо, почти себе. - Тело. Бумаги. Фамилия. Кольцо. Попка вместо хуя.

Я повернул голову, поцеловал его в щетину у виска - ту самую, серебристую, сорокапятилетнюю, из-за которой в баре в ту ночь за него вообще можно было зацепиться взглядом - и ответил честно:

—

Эротические и порно XXX рассказы на 3iks