Только ты
Название: Только ты
Добавлен: 25.09.2026 в 04:16
Категории: Инцест Бисексуалы Зрелые
тонкий крик. Ей положили на грудь маленькое, мокрое, красное существо. Настя. Светлана смотрела на крошечное лицо и вдруг заплакала — не от боли, а от того, что впервые за много месяцев почувствовала, что у неё появилось что-то своё. Настоящее. То, что никто не сможет у неё отобрать.
Первые месяцы после родов Виктор ещё держался — не кричал, не требовал слишком многого. Иногда даже брал ребёнка на руки. Но как только врач подтвердил, что вторых детей у Светланы уже не будет, маска слетела. Он смотрел на жену так, будто она лично его обманула. Ребёнок, которого она родила от другого, стал для него живым напоминанием о поражении. С тех пор Светлана жила в собственном доме как служанка и сексуальная собственность одновременно.
Она вставала раньше всех. Ещё до того, как за окном начинало сереть, Светлана уже стояла на кухне босиком, в тонкой ночной сорочке, которую Виктор запрещал менять на что-то более закрытое. Готовила завтрак — яйца всмятку ровно три минуты, тосты без корочки, кофе именно той крепости, которую он требовал. Потом стирала его рубашки вручную, хотя в доме была машина. Гладила каждую складку, стоя на кухне, пока пар от утюга поднимался ей в лицо. Мыла полы на коленях, потому что «так лучше видно грязь». Виктор не бил её по лицу — он считал это вульгарным. Он предпочитал другие способы.
Иногда заставлял стоять на коленях у своего кресла часами, пока смотрел новости. Просто стоять. Руки на бёдрах, спина прямая, взгляд в пол. Если она шевелилась — он молча клал ладонь ей на затылок и прижимал сильнее. Иногда просто держал её голову у себя между ног, заставляя дышать его запахом. Не требовал ничего — только дышать. Светлана чувствовала, как у неё начинают болеть колени, как кровь отливает от ступней, как внутри поднимается тошнота, смешанная с привычным, почти родным унижением. Она терпела. Потому что Настя спала за стеной. Потому что крик мог разбудить ребёнка.
По вечерам Виктор требовал, чтобы она обслуживала его рот. Медленно. Глубоко. Он садился на край кровати, раздвигал ноги и смотрел сверху вниз, как она опускается. Его орган был толстым, тяжёлым, с широкой головкой, которая каждый раз с трудом проходила между губ. Он толкал её голову вниз ладонью, не позволяя отстраниться, пока уголки рта не начинали трескаться, а слёзы — течь по щекам. Светлана чувствовала, как челюсть сводит, как слюна стекает по подбородку, как внутри неё одновременно живут ярость и странная, отстранённая пустота. Она думала о Насте. О том, что ещё немного — и можно будет снова дышать.
Он брал её сзади прямо на кухне, когда она мыла посуду. Подходил без слова, поднимал сорочку, прижимал грудью к холодному металлическому крану и входил резко. Светлана сжимала край раковины до побелевших костяшек и молчала. Особенно он любил задний проход — именно потому, что ей было больно. Укладывал её на бок в спальне, раздвигал ягодицы пальцами, сплёвывал и входил одним резким движением, держа за волосы, чтобы она не могла уползти вперёд. После того как заканчивал, оставлял её лежать в луже собственной смазки и слёз, а сам шёл в душ, насвистывая какую-то рекламную мелодию. Светлана лежала и считала про себя до ста. Потом вставала, шла в ванную и долго мылась самой горячей водой, какую могла вытерпеть.
Виктор взял её не из жалости. Он был человеком, который всю жизнь контролировал мелочи — от распорядка дня до температуры в кабинете. Красивая, сломленная девушка без поддержки казалась ему идеальным приобретением. Молодая, податливая, без права голоса. Он
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Добавлен: 25.09.2026 в 04:16
Категории: Инцест Бисексуалы Зрелые
тонкий крик. Ей положили на грудь маленькое, мокрое, красное существо. Настя. Светлана смотрела на крошечное лицо и вдруг заплакала — не от боли, а от того, что впервые за много месяцев почувствовала, что у неё появилось что-то своё. Настоящее. То, что никто не сможет у неё отобрать.
Первые месяцы после родов Виктор ещё держался — не кричал, не требовал слишком многого. Иногда даже брал ребёнка на руки. Но как только врач подтвердил, что вторых детей у Светланы уже не будет, маска слетела. Он смотрел на жену так, будто она лично его обманула. Ребёнок, которого она родила от другого, стал для него живым напоминанием о поражении. С тех пор Светлана жила в собственном доме как служанка и сексуальная собственность одновременно.
Она вставала раньше всех. Ещё до того, как за окном начинало сереть, Светлана уже стояла на кухне босиком, в тонкой ночной сорочке, которую Виктор запрещал менять на что-то более закрытое. Готовила завтрак — яйца всмятку ровно три минуты, тосты без корочки, кофе именно той крепости, которую он требовал. Потом стирала его рубашки вручную, хотя в доме была машина. Гладила каждую складку, стоя на кухне, пока пар от утюга поднимался ей в лицо. Мыла полы на коленях, потому что «так лучше видно грязь». Виктор не бил её по лицу — он считал это вульгарным. Он предпочитал другие способы.
Иногда заставлял стоять на коленях у своего кресла часами, пока смотрел новости. Просто стоять. Руки на бёдрах, спина прямая, взгляд в пол. Если она шевелилась — он молча клал ладонь ей на затылок и прижимал сильнее. Иногда просто держал её голову у себя между ног, заставляя дышать его запахом. Не требовал ничего — только дышать. Светлана чувствовала, как у неё начинают болеть колени, как кровь отливает от ступней, как внутри поднимается тошнота, смешанная с привычным, почти родным унижением. Она терпела. Потому что Настя спала за стеной. Потому что крик мог разбудить ребёнка.
По вечерам Виктор требовал, чтобы она обслуживала его рот. Медленно. Глубоко. Он садился на край кровати, раздвигал ноги и смотрел сверху вниз, как она опускается. Его орган был толстым, тяжёлым, с широкой головкой, которая каждый раз с трудом проходила между губ. Он толкал её голову вниз ладонью, не позволяя отстраниться, пока уголки рта не начинали трескаться, а слёзы — течь по щекам. Светлана чувствовала, как челюсть сводит, как слюна стекает по подбородку, как внутри неё одновременно живут ярость и странная, отстранённая пустота. Она думала о Насте. О том, что ещё немного — и можно будет снова дышать.
Он брал её сзади прямо на кухне, когда она мыла посуду. Подходил без слова, поднимал сорочку, прижимал грудью к холодному металлическому крану и входил резко. Светлана сжимала край раковины до побелевших костяшек и молчала. Особенно он любил задний проход — именно потому, что ей было больно. Укладывал её на бок в спальне, раздвигал ягодицы пальцами, сплёвывал и входил одним резким движением, держа за волосы, чтобы она не могла уползти вперёд. После того как заканчивал, оставлял её лежать в луже собственной смазки и слёз, а сам шёл в душ, насвистывая какую-то рекламную мелодию. Светлана лежала и считала про себя до ста. Потом вставала, шла в ванную и долго мылась самой горячей водой, какую могла вытерпеть.
Виктор взял её не из жалости. Он был человеком, который всю жизнь контролировал мелочи — от распорядка дня до температуры в кабинете. Красивая, сломленная девушка без поддержки казалась ему идеальным приобретением. Молодая, податливая, без права голоса. Он
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Прочтений: 190
Летим вместе! 
