Название:
18-летний девственник в плену у 4-х зрелых насильницДобавлен:
Сегодня в 01:16Категории:
По принуждению В первый раз Эротическая сказка
обычного человека уже ничего не стоит, даже гроша в базарный день. После этого Серёже останется жить даже не дни, а часы. Куда он денется, где спрячется от ликвидаторов? Не бомжевать же по подвалам. Телефона Паши Дорохова в Москве Чайкин ему не дал, тот сам должен позвонить через восемь месяцев, только звонить-то будет уже некому. И операция по обнулению Жэковщика тоже усложнится.
Вознамерившись взять себя в руки, Серёжа попытался, глядя на Серафиму, вложить в выражение своего лица тонну вулканической страсти. Получилось ли это у него – сказать сложно. В ответ Серафима нежно ему улыбнулась, но ее взгляд оставался холодным, пристальным и изучающим. В нем легко можно было прочесть:
«Определить бы, понял ты или нет про «лампу», а, значит, и про спектакль... Если да, то тебе крышка уже сегодня или завтра. Только уже не ради квартиры, а из-за излишка любопытства».
После этого она снова сделала вид, что изучает карты в своей руке.
Насчет «крышки» подразумевается, конечно, другое: растворение щёлочью или кислотой не предусматривает такой конструкции как гроб. Там емкости попроще, впрочем, наверное, тоже с крышкой.
Скорее всего, в этом актерском составе его возлюбленная богиня и фея – самая главная, хотя по сценарию эта роль досталась Зинаиде. Или как их там всех зовут на самом деле?
Если еще несколько минут назад Серёжа буквально восхищался собой, сумевшим раскусить постановку, но сейчас на него обрушился шквал отчаяния. Столько открытий за короткое время – и вот так глупо спалился!
Обидно прожить всего восемнадцать лет. А еще обиднее прямо вот сейчас осознавать неизбежность своего конца и не видеть выхода.
Осознание, что спасения не будет, накрыло его, как тёмная волна, что поднимается из глубины и уже не отступит: она смывает следы, стирает имена, оставляет только едкий перечный привкус страха и глухую уверенность, что дальше — пустота; в груди всё сжалось, будто невидимая рука стиснула сердце, не давая ни вздохнуть, ни закричать.
Стоп! А если выход все же есть?!
При каком варианте Жэковщик не придаст особого значения сообщению про то, как «клиент» пристально пялился на «лампу»? Или даже сама Серафима об этом позабудет сообщить? Это возможно лишь в том случае, если окажется, что он, Серёжа, сошел с ума, трёхнулся рассудком от навалившихся событий.
А если и впрямь сделать что-то такое, что заставит их всех не сомневаться, что он свихнулся?
Но как ему такое сыграть? Как ему, восемнадцатилетнему пацану, ввести в заблуждение Жэковщика, драматурга, сценариста и режиссера??? Это будет та же ситуация, что и в «Золотом теленке», когда человек-собака и вице-король Индии пытались в дурдоме что-то изобразить перед знаменитым профессором Титанушкиным, известным своим умением мгновенно распознавать симулянтов.
Было бы у Серёжи хотя бы жизненного опыта побольше! Был бы он старше хоть лет на десять! А еще лучше – на двадцать. Или и вовсе на тридцать. Но сейчас-то что?!
На тумбочке так и лежала книга Стендаля «Пармская обитель», которую положила туда Серафима. Серёжа случайно перевёл на неё взгляд — и вдруг мысленно выдохнул, словно слова рвались наружу сами:
— Книга, выручай! Я не знаю, что делать... Помоги!
Он протянул руку и коснулся переплёта. В тот же миг воздух будто сгустился, а из страниц просочился тонкий, хрустальный звон — точно щёлкнула крышка музыкальной шкатулки. Книга дрогнула, начала расти, словно живая, и в её центре медленно раскрылась тёмная арка дверь, манящая неизвестностью, и в следующий миг Серёжа оказался внутри.
Он застыл на месте, не понимая, что с ним произошло. Вокруг в разные стороны разбегались узкие улочки Пармы с покрытыми булыжником мостовыми и тенями под арками портиков. Впереди высился розовый Пармский
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Как жаль что я не девочка. 2 часть.