Название:
Секс во время чумы (Полная версия)Добавлен:
Вчера в 12:28Категории:
Лесбиянки В попку Минет Наблюдатели Групповой секс Классика Остальное Традиционно
Но я устал бояться. Устал ждать. Устал быть монахом, который не монах, мужчиной, который не мужчина, писарем, который боится писать на последнем листе. — Я повернулся. Она стояла близко, так близко, что я видел её глаза, зелёные, тёмные, с огнём на дне. — Ты сказала: когда страха не будет. Его нет. Не потому что ушёл. Потому что я устал от него. Усталость сильнее страха.
Она не ответила. Руки её поднялись, легли мне на плечи, скользнули по шее, на затылок, в волосы. И она поцеловала меня. Не так, как в складе, среди муки и орехов. Не медленно, не осторожно. Жадно. Отчаянно. С языком, который ворвался в мой рот, как вор в дом, и с губами, которые кусали, и с руками, которые тянули, рвали, расстёгивали.
— Здесь, — прошептала она. — Сейчас. На земле. Под звёздами.
Мы упали. На траву, мокрую от росы, холодную, и земля была под нами, тёплая, живая, и мы были на ней, как первые люди, как Адам и Ева, только без Бога, без рая, без змея. Только мы и ночь, и трава, и звёзды, которые смотрели, как два тела сливаются в одно.
Ряса слетела. Рубаха её слетела. Тела, голые, в росе, в лунном свете, в свете звёзд. Её кожа была бледной, как мрамор, и я целовал каждый дюйм: шею, ключицы, грудь, маленькую, острую, с сосками, которые стояли, как бутоны, живот, плоский, с линией волосков, бёдра, узкие, с выступающими костями. Я целовал её, как пишут: слово за словом, строку за строкой, страницу за страницей. И она читала, телом, и каждая мурашка на её коже была запятой, каждый вздох — абзацем, каждый стон — главой.
— Войди в меня, — сказала она. Не попросила. Сказала. Как приказ. Как молитва. — Войди. Сейчас. Не медленно. Не нежно. Как мужчина. Как живой.
Я вошёл. Одним толчком, до конца. Она ахнула, выгнулась и её ногти впились мне в спину, в те шрамы, которые оставили Изабелла и Лючия, и боль была сладкой, как вино, и я двигался, жёстко, быстро, не думая о нежности, потому что нежность была для другого времени, для другого мира, а сейчас был только этот: трава, роса, тела, дыхание, стон.
Её бёдра обвили мои, крепко, как плющ, и она двигалась навстречу, встречая каждый толчок, и каждый толчок был ударом по чуме, по смерти, по молчанию Господа. Её глаза были открыты, зелёные, тёмные, и в них я видел отражение звёзд, и себя, и её, и нас, и мир, который рушился, и мир, который мы строили, здесь, на траве, в темноте, плотью.
— Да, — стонала она. — Да, Лука, да, так, так, не останавливайся, не смей, не смей...
Я не останавливался. Мои руки мяли её грудь, щипали соски, и она стонала, и её голос был музыкой, лучше любой лютни, лучше любого органа, лучше любого хора. Мой рот нашёл её шею, её плечо, её ухо, и я дышал в неё, и она дышала в меня, и наше дыхание было одним, и наши тела были одним, и мир был одним, и в этом единстве не было ни чумы, ни смерти, ни молчания. Только жизнь. Жаркая, яростная, отчаянная.
Она кончила первой. Тело её выгнулось, как лук и мышцы сжались, и она закричала, громко, в ночь, в звёзды, в небо, и крик её был вызовом, не мольбой. Вызовом смерти, которая стояла за забором, за деревней, за городом, за миром. «Вот, — говорил её крик. — Вот я. Живая. Горячая. Кончающая. И ты не можешь меня остановить».
Я
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Летом на даче...