Название:
Последний урок перед выпускнымДобавлен:
Сегодня в 01:36Категории:
Инцест 18 лет В первый раз Традиционно
мокрыми волосами и виноватым видом. Это было в их крови. Её собственная мать, когда-то такая же строгая учительница русского, в ночь перед выпускным закрыла дверь в родительской спальне и сказала почти те же самые слова. Потом заставила её стоять рядом и смотреть, как отец медленно, с пояснениями, надевает резинку. Потом опустилась перед ним на колени и показала, как правильно принимать в рот — медленно, глубоко, глядя в глаза. А потом легла на спину, раздвинула ноги и тихо, сквозь зубы, учила дочь, как двигаться бёдрами, чтобы мужчине было хорошо. Ирина тогда плакала от стыда и одновременно от того, как сильно ей самой хотелось. Она понимала, что это чудовищно. Что нормальные семьи так не делают. Что это грязно, больно и неправильно. Но ничего не могла с собой поделать. Традиция была сильнее стыда. Сильнее страха. Сильнее всего. И сейчас она смотрела на собственного сына — на его растерянное лицо, на дрожащие руки — и чувствовала, как та же самая тёмная, липкая волна поднимается в ней снизу вверх, заливая грудь, горло, мысли.
— Сегодня я научу тебя трём вещам, — сказала она тише, почти шёпотом, и в голосе впервые прозвучала хрипотца. — Как правильно надевать резинку. Как делать куни так, чтобы девушка кончала. И как входить, чтобы ей было хорошо, а не больно. Понял?
Илья кивнул. Горло пересохло настолько, что он не смог выдавить ни звука. В голове крутилось только одно: «Это мама... это моя мама... она сейчас серьёзно...» Но вместе со страхом поднималось что-то другое — тяжёлое, горячее, стыдное. Он уже несколько месяцев иногда представлял её, когда дрочил по ночам. Не хотел. Пытался остановиться, думал о чём угодно другом, но тело не слушалось. Ему снились её ноги в этих чёрных колготках, её запах после родительского собрания, её голос, когда она наклонялась над его тетрадью. И сейчас эта грязная фантазия внезапно становилась реальностью, и это пугало сильнее всего.
Ирина Викторовна медленно, пальцами, расстегнула верхнюю пуговицу блузки. Потом следующую. Потом ещё одну. Ткань разошлась, и тяжёлые, тёплые груди с крупными тёмными сосками легли ему почти на лицо, когда она наклонилась ближе. Соски уже затвердели от прохлады кабинета и от того, что она сама возбуждалась сильнее, чем хотела себе признаться. Запах её кожи — чистый, чуть сладковатый, с едва уловимой ноткой пота после долгого школьного дня — ударил ему в ноздри так сильно, что у него закружилась голова.
— Сначала резинка, — произнесла она хрипло, глядя ему прямо в глаза.
Она открыла ящик стола, достала пачку «Durex» и вскрыла одну. Фольга тихо хрустнула в тишине учительской. Илья резко вздрогнул всем телом, когда она наклонилась ещё ближе. Её тяжёлые груди в расстёгнутой блузке почти коснулись его лица. Пальцами — тёплыми, чуть влажными от волнения — она расстегнула пуговицу на его джинсах, потом медленно, будто нарочно растягивая мгновение, потянула вниз молнию. Холодный воздух кабинета коснулся горячей, уже влажной кожи. Она запустила руку внутрь трусов, обхватила пальцами ствол и медленно, уверенно вытащила уже стоящий, тяжёлый член. Он дёрнулся в её ладони, как от удара током. Головка была тёмной, блестящей от смазки, и когда её пальцы сомкнулись вокруг, Илья глухо застонал сквозь зубы.
— Мам... — вырвалось у него сипло, почти жалобно. — Я... я не могу... это неправильно... пожалуйста...
Он попытался отстраниться, отодвинуть стул назад, встать. Сердце колотилось так бешено, что в ушах шумело, а перед глазами плыли чёрные круги. Лицо горело от стыда так, что казалось — кожа сейчас треснет. Ему хотелось провалиться сквозь пол,
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Искусство