Название:
Последний урок перед выпускнымДобавлен:
Сегодня в 01:36Категории:
Инцест 18 лет В первый раз Традиционно
убежать, спрятаться в туалете и никогда больше не выходить. Но она не отпустила. Её свободная рука легла ему на бедро и сжала сильно, почти больно — ногти впились сквозь джинсы.
— Сиди, — сказала она тихо, но так твёрдо, что он замер, как пригвождённый. — Не уходи. Я знаю, что тебе страшно. Мне тоже. Господи, мне тоже... Но я должна. Как когда-то должна была моя мать. Это... это наш способ. Я ненавижу его. Ненавижу себя за то, что делаю сейчас. И всё равно делаю. Потому что если не я — то кто? Ты выйдешь отсюда через три дня и начнёшь ломать девчонок. Будешь тыкать в них, как в тряпку, и не понимать, почему они плачут. А я не смогу этого допустить. Понял меня, Илья?
Илья смотрел на неё широко раскрытыми глазами. В горле стоял огромный ком. Он хотел сказать «нет», хотел вырваться, крикнуть, что она сошла с ума. Но тело предало его окончательно — член в её руке стал ещё твёрже, тяжелее, пульсировал так сильно, что она наверняка чувствовала каждый удар сердца. От стыда и возбуждения у него защипало глаза, и он резко моргнул, чтобы не дать слезе скатиться.
Она кивнула, будто приняла его молчание за согласие. Пальцы дрожали, когда она приставила край презерватива к влажной, блестящей головке.
— Смотри внимательно, — прошептала она хрипло. — Сначала проверяешь, в какую сторону она раскатывается. Вот... видишь? — Она медленно, очень медленно начала раскатывать резинку вниз по стволу. Латекс туго, почти больно обтягивал горячую плоть, и каждый миллиметр отдавался в паху острой, сладкой болью. Её пальцы сжимали его плотно, почти лаская, скользя по венам. — Чувствуешь, как она садится? Если вдруг пойдёт вверх — сразу выбрасываешь. Никогда не пытаешься надеть наизнанку. Это важно. Очень важно. Понял?
Он сглотнул и тихо, сорванно выдохнул:
— Понял...
Она ещё несколько долгих секунд держала его член в руке, будто проверяя, как сидит резинка. Большим пальцем медленно провела по головке через тонкий латекс, и Илья резко вздрогнул. Член пульсировал в её ладони тяжёлыми, частыми толчками — каждый удар сердца отдавался прямо в её пальцы. Она чувствовала, как он набухает ещё сильнее, как под латексом горячая плоть ритмично сокращается, требуя продолжения. Сама она в этот момент едва дышала: щёки горели, грудь тяжело поднималась под расстёгнутой блузкой, а между ног уже было мокро и горячо.
Потом медленно, почти неохотно, она сняла резинку обратно, сжала её в кулаке и отложила на стол. Взгляд у неё был тёмный, влажный, зрачки расширены почти до краёв.
— Теперь куни.
Ирина встала. Руки слегка дрожали, когда она расстегнула молнию на юбке и позволила ей мягко упасть на пол. Потом зацепила пальцами край чёрных колготок и медленно, очень медленно потянула их вниз вместе с трусиками. Ткань шуршала, спускаясь по гладким бёдрам, оставляя на коже лёгкие красноватые следы от резинки. Она села на край стола прямо напротив него, задрала блузку выше, чтобы не мешала, и раздвинула ноги.
Её киска была уже совсем мокрой — мягкие, слегка припухшие губы тёмно-розового цвета, аккуратно подстриженные волоски блестели от густой влаги. Из узкой щели медленно тянулась тонкая, прозрачная ниточка. Запах ударил сильнее, гуще, почти животный — тёплый, чуть кисловатый, сладковато-мускусный запах возбуждённой женщины. Запах его матери.
— Ближе, — тихо приказала она.
Илья опустился на колени между её разведённых бёдер. Пол был холодным и жёстким. Руки тряслись так сильно, что он боялся даже коснуться её. Она взяла его за волосы — не грубо, но уверенно — и мягко, но неотвратимо притянула лицо к
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Гимн проституток Ташкента