Название:
КукиДобавлен:
Сегодня в 03:31Категории:
Фетиш Групповой секс Подчинение и унижение
от того, что внутри, под стыдом, уже шевелилось тёмное, липкое облегчение: теперь не нужно решать даже это.
Когда закончила, он сказал тихо: — Хорошая. Потом достал из кармана широкий кожаный ошейник с тяжёлой пряжкой и кольцом. Защёлкнул на моей шее. Плотно. Так, что я чувствовала каждый удар сердца в коже под ним. — С этого момента ты не встаёшь на две ноги. Никогда. Руки почти всегда будут в лапах. Обслуживать себя ты больше не будешь. Есть, пить, срать, дрочить — только по приказу. В заднице у тебя будет с прикрепленным хвостом. Постоянно. Поняла, Куки? — Да...
Он ударил ладонью по морде — несильно, но резко, ровно настолько, чтобы я запомнила. — Не «да». «Гав», если согласна. Или скули, если больно. Человеческих слов больше нет.
Сглотнула. — Гав...
Теперь слушай. Тепло разлилось в груди раньше, чем я успела устыдиться этого тепла. Слёзы, которые не пролились от стыда на траве, потекли теперь — от одного этого слова. — У меня недавно сдохла любимая сука. Старая. Верная. Породистый долматинец, с черными пятнами. Она лежала у моих ног двенадцать лет и ни разу не ослушалась. Но у неё был один недостаток: она не осознавала своего подчинения. Она просто была собакой. А мне нужно другое.
Он помолчал, разглядывая меня. Его палец скользнул по кольцу ошейника, и металл отозвался тихим звоном. — Мне нужно, чтобы ты понимала. Каждую секунду. Что ты — вещь. Что у тебя нет выбора. И чтобы именно это понимание заставляло тебя сжиматься от счастья, когда я беру тебя за поводок. Настоящая собака не может дать мне этого. А ты — можешь. Ты уже почти готова. Осталось только выжечь остатки.
Он потянул ошейник вверх, заставляя меня поднять подбородок и встретиться с ним взглядом. — Отныне тебя зовут Cookie. Куки. Печенька. Имя Эмили больше не существует. Если услышишь его — будешь наказана. Поняла?
— Гав.
Сглотнула. Где-то глубоко, под коркой заученного страха, шевельнулась мысль: он не просто сломал меня. Он выбрал меня — из всех женщин, прошедших через руки Майка, — чтобы я стала чем-то бо́льшим, чем просто сломанная игрушка. Я должна была стать осознанным ничем. И от этой мысли — жуткой, невозможной — по вискам разлилось предательское, горячее тепло, и я услышала, как громко стучит собственный пульс в ушах.
Ночью, когда дом утих и слуги унесли последний фонарь, Хозяин вернулся к клетке один — без ошейника, без поводка в руках. Не открыл замок. Присел на корточки снаружи, так что наши лица оказались на одном уровне через прутья, и несколько долгих секунд просто смотрел, как я лежу на голом матрасе, свернувшись, дрожа не то от холода, не то от переживаний этого дня. Потом просунул сквозь прутья сложенное одеяло — плотное, тёмное, пахнущее чужим потом, и стиральным порошком. Не сказал ни слова. Не дождался благодарности. Встал и ушёл, и звук его шагов затих в глубине дома. Я долго не решалась коснуться одеяла — как будто прикосновение сделало бы этот жест ошибкой, которую невозможно отменить. Потом всё же подтянула его к себе, зарылась в него лицом и уснула быстрее, чем за все предыдущие часы.
Глава 9. Первые дни
Имплантация порт-системы произошла на второй день.
Меня привезли в комнату, похожую на операционную. Свет был холодным, белым, выбеливающим кожу до синевы. Я лежала на животе, руки вдоль тела, голова зафиксированна, и смотрела в пол, пока ветеринар — сухой и безразличный, — обрабатывал кожу над ключицей. Спирт. Холод. Игла с анестезией. Потом — надрез. Я не видела, но чувствовала, как он
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Как сказка стала былью (Нарвавшаяся грязнуля)