Название:
ИнкубаторДобавлен:
Сегодня в 00:23Категории:
Странности Подчинение и унижение
И выбрало не его.
Я провела пальцами вниз. Когда накатило — не отпустило, а скрутило, — уткнулась лицом в подушку и выдохнула: «Простите». Не ему. Им. За то, что назвала заказами.
С той ночи я стала бояться этого слова больше, чем боли, больше, чем родов. Потому что «мама» было единственным, что принадлежало не Хозяину и не программе Валентины, — единственным, что оставалось моим ровно настолько, насколько я готова была это признать. А признавать было страшнее, чем терять.
Я решила это убить.
Телефон лежал в ящике тумбочки — я убрала его туда после голосового от Лизы, подальше — эти тридцать сантиметров дерева могли что-то решить за меня. Одной из следующих ночей, когда Хозяин уснул ровно и глубоко, я его достала.
Экран зажёгся резко, слишком ярко для комнаты, где даже свет давно перестал быть моим решением. Одно сообщение. Лиза.
«Ты не поверишь. Он сказал первое слово. Не мама, не папа — ДАЙ, представляешь?! Тянет руки ко всему и требует. Я разревелась прямо на кухне. Куда ты вообще пропала?»
Я прочитала это трижды. На четвёртый раз буквы поплыли — не в темноте, а потому что глаза налились сами, без спроса: не всхлип, просто ровная, тихая вода по щекам, пока я держала палец над экраном и смотрела на слово «дай», написанное чужим ребёнком, о котором мне не суждено было узнать больше одной строчки.
Восемь внутри завозились — то ли почувствовали, то ли просто пришло их время. Я положила вторую ладонь на живот. Не чтобы успокоить их. Чтобы не дать себе положить руку туда, где сжималось по-настоящему.
Потом я открыла контакты. Диалог с Лизой я уже стирала однажды — и он всё равно вернулся, потому что оставался номер, оставалось имя, оставалась дверь, в которую можно было заглянуть в любую бессонную ночь. В этот раз я стёрла саму Лизу. Палец завис ровно на столько, сколько телу нужно было, чтобы в последний раз вспомнить кофе, смех, конспекты на соседней кровати, — а потом опустился. Удалить контакт? Да.
Дальше пошло быстрее. Однокурсники, куратор, стоматология, соседка по прежней общаге — одно имя за другим, безымянно, как выдирают зубы под наркозом: не больно, только глухой хруст где-то на границе слуха. Остались два номера. Мама. Папа.
На них я задержалась дольше всего. Не потому, что колебалась — тело сопротивлялось руке, а не решению: пальцы дрожали не от сомнения, а от усилия, каким удерживают вес на последнем повторении. Я стёрла оба. Без сообщения, без объяснения, без последнего звонка — потому что последний звонок предполагал бы, что мне есть что сказать, а сказать было нечего, кроме правды, которую я сама себе ещё не могла произнести.
Список контактов стал пуст. Не тот молочно-серый пустой экран нового, необжитого телефона, — а вычищенный, выскобленный изнутри, как комната, из которой вынесли всю мебель и выбили запах жильцов.
Плакала я раньше — над одной строчкой про чужое слово «дай». К тому моменту, когда список опустел, слёзы высохли, и осталось только стеклянное, чужое спокойствие — то самое, наверное, какое чувствует человек, вернувшийся с похорон. Дом вдруг стал слишком большим и чересчур тихим, и от этого почему-то, необъяснимо, легче дышать.
Я думала, что вместе с именами сотрётся и голос. Не стёрся. Он замолчал — на неделю, может, чуть больше, — а потом заговорил снова, тише, но упрямее, словно теперь точно знал: обмануть он должен не Хозяина и не программу Валентины. Меня саму.
Я положила телефон обратно в ящик. На этот раз — не прятать. Хранить было больше нечего.
По вечерам, когда Хозяин возвращался, я иногда сама
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
История одного аса. Часть вторая.